Антон Лаврентьев — разносторонний творец, совмещающий музыкальные, театральные, кинематографические и поэтические проекты, а также — любящий муж и отец, дал большое интервью, в котором поделился планами на будущее и рассказал, как ему удаётся совмещать всё и сразу.
— Этот год у вас по-настоящему насыщенный: концерты, съёмки, рождение второго ребёнка. Расскажите о своих ближайших планах и проектах, например, чего ждать от вас осенью?
— Да, я считаю, что этот год фантастический: у нас с Алей родился второй сын. Мы назвали его Лев — Лев Антонович Лаврентьев, совершенно прекрасный парень. Я очень этому рад.
Что касается творческих планов, то их очень много. Недавно у меня вышел трек «Сердце в футболке». Я считаю, это клёвая работа, которая подчеркивает радость лета, отражает летний вайб: светлый, добрый, романтичный. Когда лето уходит, хочется больше зацепить летних деньков. Вот лето началось, июнь, и ты думаешь: блин, всё еще впереди! А тут — бабах, и уже сентябрь на носу. И, конечно, это песня о любовных отношениях. Когда мы записывали черновые варианты вокала, при этом присутствовал наш старший сын. После этого он долго ходил и напевал её мотив, и мы поняли, что — чёрт возьми! — мы попали в аудиторию! Это хорошая работа.
А в сентябре выйдет песня под названием «Чувства бегут» — сейчас мы вносим финальные штрихи в работе над её сведением.
Дальше, 11 октября, будет мой большой сольный концерт в Москве, в клубе «Урбан». На нём Аля, моя жена, выступит в качестве приглашённого гостя. Это будет масштабное событие, тысячник, к которому мы очень кропотливо готовимся, с точки зрения как музыкальной, так и постановочной частей. Его режиссёром-постановщиком является Евгения Беспалая, очень знаменитый и в узких, и в широких кругах человек.
После этого выйдет ещё несколько песен. Я склонен к тому, чтобы приблизительно каждый месяц или два делать релизы. Наработанного материала у меня огромное количество. Честно говоря, его можно издавать без остановки несколько лет. И я принял решение — не держать его. Делиться моими песнями, чтобы их слышали люди, чувствовали их так же, как чувствуем мы. Заряжались нашей энергией. Чтобы наших поклонников становилось больше. Это будет для нас очень приятно.
![](https://gloverussia.ru/wp-content/uploads/2024/08/dd1a3535-1-683x1024.jpg)
— Не так давно вы выступили на VK Fest и включили в выступление поэтическую программу. Расскажите об этом опыте. Как прошёл для вас фестиваль, довольны ли вы откликом зрителей, какие испытали эмоции?
— Хочу сказать, что поэтическая программа для меня — это очень сокровенный момент. Изначально, когда я начинал писать стихи много-много лет назад, они были отражением моего состояния, моего внутреннего мира. Как говорил Маяковский: «Я пишу потому, что я больше не в состоянии об этом думать». Наверное, у меня была та же самая история, и она остаётся до сих пор такой.
Затем эта история вылилась уже в два бумажных поэтических сборника. Это музыкально-поэтическое полотно, которое в Сети можно найти под названием «Ловец слов». И вот сейчас я параллельно с сработанным музыкальным материалом работаю над вторым музыкально-поэтическим сборником, который будет называться «Левиафан».
Мое выступление на VK Fest’е было, собственно говоря, приурочено к выходу моей второй бумажной книги, которая называется «76 шагов, чтобы чувствовать». Именно поэтому было решено читать поэтическую программу. Но я же не могу просто поэтическую программу читать, поэтому там всё получилось очень пикантно переплетено с музыкой. Музыку эту, наверное, я никогда не заберу в проект «Антон Лаврентьев» по своему формату. Хотя там достаточно интересные музыкальные решения. Можно встретить и дабстеп, и эмбиент, и танцевальные направления музыки, в которые я вкрапляю свои стихи. Чтобы всё это реализовать, нужно было придумать какой-то иной формат. И это оказался формат музыкально-поэтического спектакля.
Аудитория феноменальная. Люди действительно очень хотят слушать. Они хотят новые смыслы, хотят образовываться, погружаться, узнавать новое. Это очень здорово. И я очень благодарен VK Fest за такую возможность. Уверен, что в следующем году я выступлю на сцене фестиваля, но уже с большой музыкальной программой.
— Каково вам жить в таком жёстком графике? Как у вас получается сочетать роли отца и артиста? Есть ли секрет, как все успевать и не выгорать при этом?
— А я не считаю, что у меня жёсткий график. Я нахожу всегда время, чтобы общаться с семьёй, своими детьми, — это великая сила, великий двигатель. Иногда дела могут подождать (только если это не дела, в которых участвуют много людей: съёмки, концерты или еще что-то). Но все остальные дела иногда могут подождать. Потому что это дети, они так быстро вырастут. Что мы будем делать? Мы потом будем с женой искать повода как можно больше времени побыть с ними, а им уже не будет хотеться с нами быть. Поэтому сейчас надо ловить удачу за хвост и общаться, общаться, общаться.
Но тем не менее, конечно же, концерты в графике присутствуют, и съёмки, и работа, и многие активности. И я просто всё это делаю.
Так получается, мне кажется, что когда ты с любовью относишься ко всему: и к тому, что делаешь, и к людям, которые рядом, и просто принимаешь своё время, принимаешь то, что вот сейчас ты делаешь это, потом ты делаешь то. Не стараешься бежать за каким-то эфемерным расписанием, графиком. Да, есть график дел, который нужно сделать. Я их с удовольствием делаю. Но если что-то идет не по плану, я не рву на себе волосы. Вот и весь секрет, как все успевать, не выгорая при этом. Надо жить жизнь, а не галочки ставить на «туду-листе», на листке задач. Успевать заставлять себя переключаться, заставлять себя гулять, много ходить, куда-то ехать, видеть природу, увозить близких.
— Появление второго ребенка — это так же волнительно, как и появление первенца? Изменился ли ваш подход к воспитанию детей? На какие принципы вы опираетесь в воспитании?
— Нет, мы не так ярко переживали все эти моменты. В том плане, что всё прошло спокойнее. Было меньше страха, поскольку мы понимали, что будет дальше, и знали, что происходит.
Наш замечательный сын Лёвушка, он такой же, как и Тео, очень спокойный ребёнок, очень лучезарный. Спасибо ему большое, что он такой. Вообще, я, честно говоря, не встречал таких улыбающихся детей. Не могу сказать, что я специально искал их, но это правда. Он очень улыбчивый парень.
И сказать, что мы сравнивали рождение первенца и второго сына — нет. Это любовь. Мы очень переживали, что при появлении второго сына Тео будет ревновать. И мы переживали, как же мы сможем дать ему достаточно любви и объяснить, что все в порядке. Что он очень любим, что он такой же пирожок, как и был раньше.
Но всё хорошо. Ребята находят общий язык. Да, это моментами бывает непросто, потому что двухлетний ребёнок не может выразить свою ревность так, как это сделает взрослый человек. Он не может поговорить и сказать, что я ревную, мне не хватает внимания. Поэтому он действует иногда достаточно экспрессивно. Но это норма, это жизнь. И это здорово, что это есть.
И мы в этом с Алей очень растём. Я преклоняюсь перед своей женой, потому что она гениальная женщина. Она фантастическая мать. И то, как она реагирует на всё происходящее, даёт большой заряд уверенности и спокойствия и мне, и Тео, и Льву, и всем в окружении. Принцип в том, чтобы не было никакого повышения голоса, никакого насилия, никаких криков, никаких приказов.
Это люди — они пришли в этот мир. Мы учимся у них, а они у нас. Они делятся с нами своими эмоциями и опытом, которые мы иногда даже не замечаем. Всё должно быть по любви, даже если ребёнок несколько тысяч раз открыл шкаф, разбросал игрушки, рассыпал что-нибудь — это же нормально. В этом прелесть жизни и возможность роста для меня и моей жены.
— Поговорим о вашем участии в шоу «Голос»: какие у вас ощущения после окончания проекта? Что ощущали, когда покинули шоу? Были ли обида или разочарование?
— Это было 7 лет назад, и многие острые, яркие переживания уже стёрлись. Я могу сказать, что это ни с чем не сравнимый колоссальный, уникальный опыт, благодаря которому я познакомился с огромным количеством профессионалов. Я познакомился с аудиторией Первого канала и очень рад этому.
Что касается разочарования от ухода — нет, абсолютно. Я был очень рад, что я дошёл до полуфинала (или это был финал?). Я, честно говоря, уже не помню. Не было никакой обиды, а только радость от проделанной работы, новых знакомств и бесценного опыта.
![](https://gloverussia.ru/wp-content/uploads/2024/08/dd1a3559-683x1024.jpg)
— Есть ли в вас, как это сейчас модно называть, «победительская жилка»? Хочется ли всегда быть первым или участие важнее победы?
— В этом я грешен. Было такое. Куда бы ни приходил, внутренний голос говорил мне: надо сейчас вообще тут все разорвать, к чёртовой матери всем показать, кто тут папка.
Но надо понять такой момент, что в артистической профессии, безусловно, кастинги, пробы, попытки сделать органичнее, спеть красивее — это важная история. Но это внутрянка. Это всё для кастинг-директоров, режиссёров, продюсеров или шоураннеров.
А зрителю эта гонка вообще не нужна. Зрителю нужен настоящий поток творчества. Ему нужно удивляться, нужен восторг. И поэтому, когда ты выходишь на сцену, надо полностью очиститься от каких бы то ни было конкурентных порывов.
— Ваша музыка — очень интересная, но не совсем массовая. Не расстраивает ли вас, что она не так известна слушателю, как однотипные хиты, которые звучат из каждого утюга, но часто не несут какого-то глубокого посыла?
— Как здорово, что моя музыка не однотипна. Спасибо большое, что вы сделали мне такой комплимент.
По поводу того, что она не массовая: я хочу сказать, что стараюсь сделать так, чтобы музыка была интересной и в то же время привлекала большее число людей. Но я не гонюсь за массовостью. Я не хочу, чтобы страдало качество. Именно поэтому я считаю, что наступать на горло собственной песне не надо. Но нужно развиваться. Искать точки соприкосновения. И думать, как сделать так, чтобы твоя музыка была интересна людям, а не закрываться и говорить, что я такой творец, я пишу только так, и вообще меня не волнует, что происходит вокруг. Нет, меня волнует, я хочу собирать большие площадки. Я хочу собрать 11 октября «Урбан», а затем двигаться дальше.
В моих мечтах я стою на стадионе, полном людей, которые поют мои песни в унисон. И это реализуемо. Просто этот путь —я иду сейчас, и я не сомневаюсь, что я его пройду.
И в нашем следующем интервью я расскажу, как прекрасно мы собрали большую аудиторию, которой действительно небезразлична музыка. Я хочу, чтобы люди, которые приходят на концерты, пришли не ради одной песни. Я хочу, чтобы люди действительно шли на концерт, потому что им близка вся моя музыка. И они хотели бы в неё окунуться.
— В каких музыкальных жанрах вам интереснее всего работать в настоящее время? И что вам больше нравится в творческом процессе: написание музыки или текстов?
— Написание музыки и текста — неразделимы в моем случае. Это же эксперимент, как детская игра: ты просто что-то делаешь, не опираясь на результат. А просто думаешь: давай посмотрим, что из этого получится. Как это здорово: взять синтезатор или покрутить осциллятор, или эту огибающую фильтра. Давай посмотрим, что будет, если мы в этой гармонии поставим вот эту ступень? Или вот такой аккорд придумаем? А что будет, если у нас соло будет вот такое? Что выйдет, если у нас не будет припева, а будет только куплет? Это так здорово, когда ты в это играешь, а не действуешь по плану пятилетки: надо написать хит. Когда надо написать хит, будешь сидеть писать хит. Я так не умею. Я понимаю для себя, что мне нравится акт творчества: что-то получится, а может быть, и не получится. И в этом ничего такого нет.
Насчёт жанров — я люблю танцевальную музыку. И очень люблю блюз-рок, блюз-джаз. Я вообще тяготею к тому, чтобы в своих смелых фантазиях это совмещать. И, собственно, это и делаю. Но также мне очень близок (как ни странно)… Я назову это шансоном, некой лирической песней. И я, по сути, этим и занимаюсь. Просто в различных аранжировках.
— Бывают ли у вас творческие кризисы, когда ну вот просто нет желания работать над новым материалом? Если да, то как справляетесь с этим состоянием?
— Да, конечно, бывают. Очень часто. И если нет желания работать — я отвлекаюсь. Иду гулять с собакой, общаюсь с сыном, занимаюсь на инструментах, занимаюсь гармонией, прокачиваю себя. Я стараюсь не зацикливаться.
Например, когда я писал песню «Меч» из альбома «Равновесие», у меня была готова вся музыка, а текст я писал около двух недель. И я ходил, искал рифмы. Дошло до того, что мне приснился кусок припева. Я проснулся ночью, чтоб всю эту историю записать. Но это же такой классный процесс поиска. Поэтому творческий кризис — здорово, это значит, началась точка роста.
— Ваши соцсети переполнены восхищением к вашей жене — расскажите, пожалуйста, как вам удается поддерживать такой уровень страсти, будучи столько времени в отношениях?
— Мы любим друг друга, и в этой любви мы преданы друг другу. Ещё мы регулярно работаем над собой. Может показаться, что это сплошная «ваниль», что мы такие бесконфликтные ребята. Но это не так: мы ссоримся, у нас бывают разногласия. А потом я смотрю в её глаза цвета синего-синего неба и понимаю, что очень её люблю.
— Нравится ли вам делить сцену с женой? Нет ли между вами соперничества в творчестве?
— Поначалу мне было очень трудно впустить человека на сцену, а Аля быстро привыкла. А сейчас мне очень нравится заниматься сотворчеством, нет никакой конкуренции. Есть такая «семейность», что ли.
![](https://gloverussia.ru/wp-content/uploads/2024/08/dd1a3602-683x1024.jpg)
— Чем вы занимаетесь в свободное время помимо музыки? Как любите проводить выходные?
— Мы играем в кино, театрах. А если иметь в виду хобби — то я занимаюсь йогой, хожу в тренажёрный зал. Выходные мы чаще всего проводим с детьми — в игровых комнатах, у бабушек-дедушек. И это удивительный кайф. До встречи с женой я вообще думал, что буду чайлдфри.
— Вы активно практикуете занятия йогой? Расскажите, почему вы решили попробовать это направление и чем оно вам нравится?
— Йога была продолжением моей психотерапиии. Я считаю, что это суперспособ выдергивать себя из контекста существования. Нас окружает огромное количество автоматизма, бесконечная гонка — нужно себя выдёргивать в состояние тишины. Йога с этим отлично справляется, приводит в состояние равновесия.
— А страсть к путешествиям у вас еще осталась? Вы путешествуете всей семьей или оставляете детей с бабушкой?
— Мы путешествуем обычно с детьми. Очень редко на короткие командировки оставляли Тео с бабушкой, но сейчас уже нет — всех берём с собой, мы же семья.
— Какие цели ставите себе на этот год? Может уже задумались о целях на следующий?
— Почти все цели, что я ставил — я достиг. Это предстоящий концерт в «Урбане», потом мне хотелось бы наметить ещё более крупный концерт. Очень хотелось бы сыграть в следующем году на VK Fest. Хочется расти и в музыкальном, и в творческом плане. Есть несколько наработок, чтобы сделать свои сценарии — но к этому мы идём постепенно. Ещё хотелось бы доделать «Левиафан» и выпускать, выпускать пластинки.